Французы готовы добывать газ на российских условиях

Французы готовы добывать газ на российских условиях

Партнером для освоения Штокмановского месторождения «Газпром» выбрал французскую компанию Total. Хозяином всего добытого газа будет Российская Федерация. Твёрдый госконтроль разрешит избежать неточностей 90-х годов, в то время, когда для «стремительных денег» ресурсы продавались на Запад за бесценок.

Николя Саркози в четверг позвонил президенту России Владимиру Путину, дабы поздравить с победой Сочи в борьбе за право проведения Олимпийских игр, посоветоваться по вопросу Косово и обсудить кое-какие экономические темы.

Еще на протяжении летнего саммита G8 в германском Хайлигендамме Путин назвал Саркози «весьма подготовленным» политиком, «прекрасно опытным современную Россию и заинтересованным в развитии отечественных взаимоотношений». «На французском направлении у нас будут хорошие возможности», — сообщил тогда президент РФ.

Как сейчас узнается, эти слова были не просто дипломатической формальностью. Одна из двух ведущих экономик Западной Европы вправду, взяла преференции в одном из самые мощных русских проектов в области поставок углеводородного горючего в ЕС. Речь заходит о разработке Штокмановского месторождения газа.

На январь 2006 года данный объект, расположенный в русском секторе шельфа Баренцева моря, по утверждению Государственной комиссии Минприроды РФ, содержал 3,7 трлн. кубов газа, и более 31 млн. тысячь киллограм газового конденсата. Эти количества разрешают расширить российский экспорт газа в ЕС практически вдвое – через газопровод «Северный поток» (СЕГ NordStream), определенный в качестве ресурсной базы для Штокмана.

«Газпром» выбрал французскую компанию Total партнером для первой фазы освоения Штокмановского месторождения. В пятницу было подписано соответствующее соглашение.

Первая фаза освоения месторождения предусматривает добычу (23,7 млрд. кубов) и начало поставок газа по газопроводу в 2013 году, сжиженного газа – в 2014 году, сказал глава «Газпрома» Алексей Миллер.

Он утвержает, что часть «Газпрома» в создаваемой компании составит 75%, часть Total – 25%. Наряду с этим, в проект смогут войти еще пара партнеров, часть которых может составить до 24%. Но в любом случае, «Газпром» сохранит за собой не меньше 51% акций проекта, и 100% акций компании-обладателя лицензии на месторождение.

Российская Федерация останется хозяином всего количества добываемых углеводородов.

По окончании того, как в 2006 году «Газпром» выкупил доли нескольких зарубежных инвесторов в другом большом русском проекте по добыче углеводородного сырья – «Сахалин-2», кое-какие представители ЕС угрожали, что в случае если Российская Федерация не ратифицирует протоколы Энергетической хартии, допускающие чужестранцев к скупке русских стратегических трубопроводов, то ни в «Сахалин», ни в Штокман инвесторы не отправятся.

Выкуп проекта «Сахалин-2» «Газпромом» у зарубежных акционеров – Royal Dutch/Shell (55%), японских Mitsui (25%) и Mitsubishi (20%) – на Западе был расценен, как очередная угроза «демократии и свободе». Но в действительности Москва, так, стремилась прекратить хищническую добычу по схеме заключенного в 1994 году соглашения о разделе продукции СРП).

СРП, инициированное администрацией Ельцина в отыскивании «стремительных денег», наносило важный экологический и экономический ущерб России. Еще в 2001 году, тогдашний министр природных ресурсов, узнаваемый геолог Борис Яцкевич, сообщил по этому поводу, что «в случае если на положенный американский доллар из России должно уйти два, то это не инвестиции, а антиинвестиции».

Вправду, по данным открытых источников, операторы «Сахалина-2», неспециализированные доходы от которого оцениваются в $40 млрд., были обязаны отдавать России лишь 6% добытой нефти и бонусы в бюджеты регионов (за все годы их было получено не более $400 млн.). Более того, чужестранцы, качая нефть и стараясь переложить издержки – впредь до ее транспортировки – на Россию, позволяли понять, что проект еще не готов всецело, и не отдавали РФ практически ничего. В 2001 году министр Яцкевич сказал: «в этом смысле я не скрываю собственного отношения и к «Сахалину-1», и к «Сахалину-2».

Мы в том месте 20 лет еще ничего не возьмём».

В будущем Москва не собирается повторять аналогичных неточностей. «Газпром» сохранит за Россией не меньше 51% месторождения Штокмана, и 100% собственности на добычу (а не 49% + СРП – 6%, как предлагалось ранее).

Причем эти условия, устанавливаемые РФ в духе «национального дирижизма» (французский, кстати, термин), в пику либеральным критикам, отнюдь не помешали Франции учавствовать в масштабном Штокмане. Кстати, второй «столп» Европы – Германия, которая ранее отказалась от аналогичного предложения (просто не имея возможностей принять в нем технологического участия), кроме этого не остается за бортом неспециализированного евросотрудничества. Оператор «трубы» проекта, компания Nord Stream AG на 51% в собственности «Газпрому», а в остальном – германским компаниям BASF и E.ON (по 24,5% каждой).

Минпромэнерго России кроме этого высоко оценивает ответ «Газпром» о выборе партнером в реализации первой фазы освоения Штокмана французской Total. Как отмечается в официальном сообщении министерства, «выбор Total, которая не есть новичком в русском ТЭК, лишний раз подчеркивает готовность России к самой широкой кооперации с интернациональными энергетическими компаниями. Мы сохраняем надежду, что мировое инвестиционное сообщество по преимуществу оценит это решение».

В министерстве отмечают, что проект есть очень важным для развития новых форматов международного сотрудничества в области энергетики, и сочли символичным тот факт, что известие о выборе Total в качестве зарубежного партнёра фактически совпало с первой годовщиной со дня принятия Петербургского замысла действий «Глобальная энергобезопасность».

С 2006 года в перечне потенциальных партнеров по освоению Штокмана пребывали, наровне с Total, норвежские компании Hydro и Statoil, и американские Chevron и ConocoPhillips. Но патнер из Евросоюза были ближе, удачнее, и кажутся более надежными, чем представители американских нефтяных ТНК, каковые, быть может,  показали через чур навязчивую активность на диком рынке России примера 1990-х, в проектах типа «Сахалин-2» и в деле ЮКОСа. Да и агрессивная политика управления США по захвату чужих углеводородных скважин не содействует тёплому жажде сотрудничать с ними.

Что касается Норвегии, то эта страна, не смотря на то, что и владеет красивой технологической базой для разработки морских месторождений, пожалуй, не столь заинтересована в проекте, как Франция – импортер газа из ЕС. Сейчас Норвегия занимает третье место в мире по окончании России и Саудовской Аравии по экспорту сырой нефти, и располагает примерно 50% оставшихся запасов нефти и газа в Западной Европе. И коммерческий интерес последовательности норвежских компаний вряд ли перевешивает стратегическую заинтересованность России, Германии и Франции в предстоящей интеграции, которая направлена на увеличение энергобезопасности Европы.

Александр Радугин

Александр Радугин

Похожие статьи

Занимательные записи

spacer